Новости | Форум | Библиотека | Заявка на вступление

История. Архив публикаций



http://paladins.ru/images/litclub.gif


Мироздатель – мелкий инженер из
отдела реконструкции миров…
Из анкеты Мусорщика



Наши дни. Около полуночи. Столица. Главная площадь.

Седоусый ветеран, Мастер меча десятого уровня, Темный, уверенным шагом вышел на площадь.
Как обычно в это время здесь были толпы народа. Воины различных школ и уровней, матерые колдуны и неофиты, только вставшие на путь изучения магических таинств, торговцы, лекари, нищие, просто зеваки.

В нескольких местах слышался звон клинков, боевые кличи воинов, стоны раненых. Кто-то спешил присоединится к той или иной драке. Кто-то пытался продать магическое зелье или потрепанный доспех. Кто-то выклянчивал пару медяков. Слышались призывы на помощь и обвинения в трусости. Некоторые пытались шустро проскочить через площадь и забежать в оружейную мастерскую или на каретную станцию и иногда им это удавалось.

Каждый, пришедший в это время на Главную площадь, преследовал определенную цель. Была такая цель и у Мастера меча. Он пришел сюда выбрать достойного соперника, скрестить с ним клинки, одержать победу и получить в итоге то, что еще на один шаг приблизит его к вершине.

Седоусый ветеран не торопился. Давно прошли те времена, когда он не раздумывая бросался в первую же драку, с головой окунаясь в ярость битвы, когда достаточно было одного призыва - "За богатством и славой", чтобы он бросил все и поспешил в поход с такими же жаждущими побед и приключений юнцами.

Нынче ветеран был прагматиком с ног до головы. Богатейший опыт тысяч битв позволяли ему с одного беглого взгляда определить возможности практически любого воина или колдуна, точно оценить их шансы в бою, предсказать, которому из участников боя или которой из команд достанется победа и во что эта победа им обойдется.

Из текущих боев ни один не заинтересовал ветерана и он стал неторопливо прохаживаться по площади, бросая оценивающие взгляды на воинов и колдунов, выискивая подходящего соперника. Как назло, сегодня подходящей жертвы на площади не было. Несколько воинов восьмого уровня не привлекли внимания ветерана. На мгновенье взгляд рыцаря остановился на бойце, одетом в необычные, редко встречающиеся доспехи. Артефакты. Вещи, обладающие волшебными свойствами, делающие из любого, даже самого посредственного бойца практически непобедимого воина. Победа над таким воином принесет много славы и значительно продвинет победителя на пути к вершине. Вот только мало шансов против таких воинов у одетых в обычные доспехи.

Такие мысли пронеслись в голове у ветерана. Заметив, что воин в артефактах, в простонародье - артник, так же оценивающе смотрит на него, ветеран усмехнулся и положил руку на навершие меча. Артник еще секунду разглядывал его, а потом с деланным равнодушием отвернулся.

Ветеран вновь усмехнулся и продолжил свой путь. Возможно, будь он помоложе и погорячее, он бы давно уже вызвал на поединок артника. Да и сейчас можно было это сделать, благо имелись у ветерана парочка сюрпризов, которые вряд ли понравятся артнику и которые давали весьма серьезные шансы ветерану на победу.

Но он был прагматиком до мозга костей и у него была цель, ради которой он пришел сегодня на площадь. Только стопроцентная уверенность в победе могли заставить его начать поединок или вмешаться в уже идущий бой.

Ветеран в очередной раз оглядел площадь и довольно улыбнулся - рослая девятка-уворот в комплекте паука это как раз то, что ему и надо. Были и другие девятки на площади, но ветеран не рассматривал их в качестве жертв - все они состояли в сильных кланах и если каждую по отдельности ветерану не составило бы труда одолеть, да и двоих тоже, то несколько таких противников не оставили бы ему никаких шансов на победу.

А незнакомый широкоплечий девятый, стоявший в центре площади у памятника забытому богу, был серым. Вне клана. Сам по себе. Лакомый кусочек. Странно, что ветеран не сразу его заметил. Правда он был не один, но Мастеру меча хватило одного взгляда чтобы оценить его спутника, - "Семерка. Стыльщик. Мясо."

Седоусый направился в сторону выбранной им жертвы, но что-то заставило его замедлить шаги. Было что-то такое в этой парочке, что насторожило ветерана. Какая-то неправильность, непонятность. Опыт и хорошо развитая интуиция пытались его о чем то предупредить, предостерегали от принятия поспешного решения и ветеран остановился в нескольких шагах от цели и окинул странную парочку более внимательным взглядом.

Да, в этих воинах странного было предостаточно. Начать с того, что шлем паука лежал на земле рядом с его ногами, а сам он подставил свою голову легкому прохладному ветерку и явно наслаждался, когда тот порывами развевал его волосы.

Это было не в традициях Главной площади. Только явный безумец будет разоблачаться в этом месте в это время.
Но более странным было то, что на них до сих пор еще никто не напал - Главная площадь не то место, где можно спокойно простоять долгое время, даже будучи облаченным в полный доспех. А эти, судя по всему, проторчали здесь немало. Причем в самом центре площади. Паук прислонился к постаменту памятника и лениво поигрывал кинжалами, со скучающим видом оглядывая площадь, а семерка-стыльщик присел на бордюр и застыл в этой позе словно изваяние.

Ветеран нахмурился - воплощение самой скорби и печали являл собой стыльщик, замерший у памятника. Словно огромное горе настигло его в этот момент и заставило окаменеть.

Ветеран потряс головой, отгоняя наваждение. На мгновенье ему показалось, что горе бедолаги рыцаря это и его горе, и горе всех находящихся на Главной площади и не только на ней - всех жителей города, страны, мира...

"Вот тебе и закаленный в боях, - подумал ветеран,- чуть не расплакался, как девчонка. А стыльщик не боец. Даже если найдет силы и вмешается в бой, пользы от него никакой не будет". Эта мысль немного расслабила Мастера меча и он опять сделал пару шагов в сторону заинтересовавших его воинов. И опять его что-то остановило.

Кучка бойцов младших уровней, давно пристроившихся в хвост Мастеру меча и с нетерпением ожидающих когда же он начнет бой, недовольно зашумела. Они надеялись заскочить в бой к ветерану и урвать свои крохи того, что продвинет их чуть дальше на пути к вершине, а ветеран вместо того, чтобы давно начать поединок ведет себя совершенно непонятно. Эти бойцы были молоды и недостаточно опытны, чтобы заметить то, что остановило ветерана.

"Кинжалы!,- мысль обожгла ветерана,- Кинжалы паука. Обычные. Неточеные." Ветеран снял перчатку и тыльной стороной руки вытер испарину на лбу. "Этому детине не кинжалами играть, двуручным молотом помахивать. Не каждый рыцарь такой молот поднимет, а в руках этого богатыря он порхал бы как бабочка. А вместо этого он на себя комплект паука напялил", - раздраженно подумал ветеран. Доспехи паука сидели на детине довольно ладно. Словно влитые. И кинжалами тот жонглировал красиво и грациозно, хотя казалось бы такой бугай должен быть неповоротливым в силу своей комплекции.

"Напасть или напасть - вот в чем вопрос", - ветеран пребывал в сомнениях. Он оторвал взгляд от кинжалов и посмотрел в лицо незнакомца.

Внутри у ветерана все похолодело - незнакомец смотрел на него. Причем смотрел открыто и совсем не грозно, скорее даже ласково, приглашающе, словно говорил - "Ну что же ты? Вперед! Давай, начинай". Что-то до боли знакомое было в глазах незнакомца. Чем то родным, но давно позабытом повеяло на умудренного годами мечника. Родным, но не ставшим от этого менее опасным. Ветеран почувствовал, как у него сводит мышцы живота.

- Ааааа! На мну напали!! Па-ма-ги-теее....- буквально рядом раздался истошный вопль.
- Ты что? Ты же первая напала,- возмутился кто-то из участников завязавшейся неподалеку драчки.

Седоусый ветеран, Мастер клинка десятого уровня, мгновенно выхватил меч и врубился в драку. Помочь ближнему своему, молящему о сострадании, разве же это не долг каждого настоящего рыцаря?



До начала времен.

Дверь в кабинет он распахнул сильным пинком. В этот удар он вложил всю свою злость, досаду, раздражение.
- Ты опять сотворил мир. Без лицензии, без согласований, без утверждения проекта.

Слова были произнесены спокойным, холодным тоном. Все накипевшие эмоции выплеснулись вместе с ударом в дверь и теперь остались только сухие факты и рутинная необходимость довести до конца свою работу.

Хозяин кабинета, низкорослый, несколько субтильный субъект, поначалу напуганный треском сломанной двери и затравленно смотрящий на размытый силуэт гостя, услышав знакомый голос, облегченно вздохнул. Украдкой бросив взгляд на валяющиеся в беспорядке в углу кабинета чертежи, он пошарил правой рукой по столу и найдя под ворохом бумаг древние, тысячу лет как вышедшие из моды очки, водрузил их на нос, отчего сразу приобрел вид воинственный и даже где-то нахальный:

- Да. Я наконец то сделал это.

- Наконец то?! - взревел вошедший.
Голос у гостя был мощный, тяжелый. Да и сам он отличался массивностью, какой-то особой тяжестью, отчего даже резкие его движения казались размеренными и неторопливыми и в то же время создающими впечатление плавности, некоторой изысканности и элегантности.

Впрочем, это противоречие было не единственным, что привлекало внимание в облике гостя. Глаза. Вы когда-нибудь видели темный огонь? Такое не возможно? Но именно такими были глаза гостя. Они пугали. Многих.

Но только не хозяина кабинета. Расправив худенькие плечи и вперив взгляд своих ясных глаз в расплавленную тьму глаз вошедшего, он открыл рот, собираясь, очевидно, высказать возмущение столь безапелляционным поведением гостя, но был опять прерван им:

- Да ты один наклепал миров больше чем все три отдела проектирования вместе взятые. Девяносто процентов рабочего времени Службы утилизации уходит на то, чтобы найти и уничтожить созданные и брошенные тобой творения, подтереть за тобой, - эмоции, столь благополучно покинувшие здоровяка при входе, вновь начинали брать свое, - А сколько материи, сколько энергии и ...

Договорить ему не удалось. На этот раз субтильный, при первых словах гостя обреченно закативший глаза и сделавший вид, что готов терпеливо его выслушать, не выдержал и сам прервал того:

- Материалы?? Энергия?? Какие в бездну вечности материалы, какая энергия. Я создал этот мир из ничего. Только слово. Всего только слово. И слово это было ...

- Хватит. - здоровяк сказал это тихо. Эмоции снова были взяты под контроль. - Может ты не использовал энергию и материю. А время! Сколько потрачено драгоценного времени?

- О моем времени не беспокойся. Его у меня вечность. И даже чуть больше. А если ты беспокоишься о том времени, что потратила твоя служба на утилизацию отходов, то это ваша работа. Кто-то должен прибирать за проектировщиками. И ты должен радоваться, что я даю девяносто процентов работы для тебя. Ты - чистильщик. И если б не я, ты остался бы без работы и тебя давно вышвырнули бы из Конторы.

В глазах чистильщика полыхнуло. Он оперся кулаками на крышку стола и упер мрачный взгляд в проектировщика. Вернее будет сказать - этот взгляд можно было бы назвать мрачным, если бы не пляшущее в глазах пламя. И тьма. Огонь и тьма. В глазах. Устремленных на проектировщика.

Тот почувствовал, что ляпнул явно лишние - представители службы утилизации очень ревностно относились к своим обязанностям и крайне болезненно переносили упреки в неспособности к созиданию.

Однако, растерянность и испуг недолго владели хозяином кабинета. Он поправил очки и строго посмотрел на гостя:
- Говори зачем пришел?

Здоровяк еще несколько мгновений разглядывал субтильного, словно раздумывая не расплющить ли того на месте. Потом отвел взгляд и как то неестественно для него, как то виновато сказал:

- Я должен утилизировать созданный тобой мир.

Судя по виду чистильщика, это известие должно было повергнуть проектировщика в шок, раздавить его, сломать, уничтожить. Но вопреки всему, тот остался довольно спокоен и воспринял это известие весьма флегматично:

- Это твоя работа. Ты всегда хорошо делал свою работу.

Чистильщик вздрогнул и рывком развернулся к хозяину кабинета. В его глазах опять разгорелось темное пламя.
Проектировщик удивленно приподнял бровь, потом на его лице отразилось понимание.

- Прости, друг, - проектировщик наклонился к гостю и положил руку ему на плечо. - Я не хотел тебя обидеть, сказав, что ты умеешь только разрушать. Я говорил просто о нашей работе.

- Ладно, замнем. Ты довольно равнодушно воспринял принесенную мною весть. Я удивлен. Раньше когда мне или моим ребятам приходилось уничтожать твои миры, ты постоянно устраивал грандиозные скандалы. Что случилось с тобой? Что изменилось? Ты недоволен новым созданным тобой миром?

- Недоволен?! Это лучший из миров созданных мной. Более того - этот мир лучший из всего того, что когда-либо создавалось Конторой или другими проектировщиками лично. Он прекрасен. Там нет места грязи, корысти, коварству, подлости. Там нет места всему низменному и порочному. Это будет чистый мир, где правит красота, честь и справедливость...

Проектировщик мечтательно откинулся в кресле и уставился в потолок. Легкая улыбка заиграла у него на губах...

- Будет? Почему будет? Ведь этот мир уже существует? - удивился чистильщик.

Проектировщик казалось не слышал его слова и продолжал витать в своих мечтах. Глядя на него суровое лицо чистильщика на секунду разгладилось и казалось, что сейчас случится невероятное - чистильщик улыбнется.
Но этого не произошло. Чистильщик повел плечами, словно отгоняя наваждение и громко кашлянул:

- Кгхы-кгхы....

- А!....ой, прости, я опять отвлекся, - проектировщик был сконфужен. Обычно он не позволял себе предаваться мечтам при посторонних, даже если эти посторонние были очень близки ему. - Ты что-то спросил?

- Да. Разве твой новый мир еще не создан?

- Да создан, создан, - скривился проектировщик. - Мир создан. Все есть - и небо, и звезды, и земная твердь. Разработаны замечательные законы и правила, сделающие пребывание в этом мире счастливым и радостным. И все это я создал из ничего. С нуля. Но, понимаешь, он мертвый. Пока мертвый. Там нет живых существ. Разумных живых существ.

- Нда..это проблема.. Разумные никогда не были твоим коньком. И это еще мягко сказано, - отвел глаза в сторону чистильщик.

Проектировщик удрученно развел руками:
- Я знаю это. И я боюсь создавать что-либо сам. Боюсь испортить свое творение своими творениями. Вот такой вот каламбур получается.

- Тогда понятно, почему ты спокойно воспринял весть о ликвидации этого мира. Мертвый мир - кому он нужен? Сколько их было создано. Сколько мы уничтожили. А сколько еще осталось где-то не найденных. Чтож, меня это радует. Ты же знаешь как я не люблю разрушать созданное тобой. Теперь мне будет легче сделать это.

Чистильщик заметно повеселел. Он присел в стоявшее рядом со столом кресло, достал кисет и трубку. Видно было, что состоявшийся разговор снял с души у него огромный камень и теперь он может просто хорошо провести время в компании старого друга.

- Этот мир не будет мертвым, - внезапно произнес проектировщик.

Чистильщик замер, потом медленно повернул голову к проектировщику.
- Ты все же решил создать разумных?

- Нет, - сразу и резко ответил проектировщик, - Я принял решение никогда больше не экспериментировать с разумом и не собираюсь его менять.

Чистильщик на секунду задумался, потом пожал плечами:
- Как же ты собираешься решить эту проблему.

Проектировщик рассмеялся:
- Я нашел решение. Очень простое. И гениальное.

Его веселость не понравилась чистильщику. Он с сожалением посмотрел на трубку, кисет, секунду подумал и положил их обратно в карман. Потом нахмурил брови и повернулся к проектировщику:
- Рассказывай, что ты удумал.

- Я открою доступ в свой новый мир существам из Главного проекта.

Минуту, может быть даже две чистильщик не мог произнести ни слова. Он молча смотрел на проектировщика и в
глазах его ничего не было. Ни огня. Ни тьмы. Ничего.

Через некоторое время чистильщик все же нашел в себе силы и отвел взгляд. Потом встал подошел к окну, постоял пару мгновений, распустил слегка галстук, расстегнул ворот рубашки. Повернулся к проектировщику:
- Ты говоришь про Главный проект Конторы?

- Да.

- Про тот проект, где люди?

- Да.

- И ты собираешься пустить их в свой мир?

- Да. Но не напрямую. Я создам виртуальную связь между мирами. Они не будут там во плоти. По крайней мере первое время.

- Чтож… Понятно... Тогда тем более твой мир должен быть уничтожен.

Проектировщик посмотрел на чистильщика с некоторым превосходством:
- Что привело тебя к этой, скажем откровенно, не самой свежей и ни самой оригинальной идее?

Чистильщик посмотрел на проектировщика с некоторой печалью:
- Мир, в котором появляются люди, не может быть прекрасным.

- Почему же?

- Ты давно перестал работать в Главном проекте. Ты не знаешь что такое люди. Ты не знаешь во что они превратили созданный для них мир.

- Напрасно ты так думаешь. Я часто посещаю тот мир. Он прекрасен.

- Он был прекрасен!!! Был пока там не появились люди.

- Люди могли сделать тот мир только более прекрасным. Они совершенны. Они созданы по образу и подобию нашему. Они даже лучше.

Чистильщик посмотрел на проектировщика, на его одухотворенное лицо, на светлые глаза, полные детской мечты и отвернулся. Ему опять потребовалось некоторое время прежде чем он решился продолжить:
- Если ты хочешь, чтобы твой мир был чист и светел, чтобы там правили законы чести и справедливости, чтобы радость и счастье царили в каждом уголке, не приводи туда людей. Они все погубят.

Голос проектировщика был полон сожаления:
- Как ты не понимаешь... Только люди могут оживить мой мир. Только они могут туда принести те самые честь, справедливость, романтику. Без них этого не сможет никто, ни ты, ни я, ни вся наша Контора.

- Пустой разговор. Пустой и бессмысленный. Все равно этот мир будет уничтожен.

Проектировщик улыбнулся. И опять в его улыбке промелькнуло некоторое превосходство:
- Ну что же. Как я говорил - это твоя работа. Но ты не сможешь найти этот мир - я его очень хорошо спрятал.

Чистильщик отвернулся. Они не хотел видеть лицо своего друга, когда тот услышит его следующие слова:
- Ты плохо спрятал свой мир. Мы нашли его. Ты никогда не умел прятать миры.

Чистильщик медленно повернулся. Он понимал что его последние слова будут сильным ударом для проектировщика и он не ошибся.

Проектировщик и до этого не отличался особо крепким телосложением, а сейчас казалось он стал еще ниже ростом, еще меньше. Если б такое было возможно, чистильщик решил бы, что проектировщик враз постарел и вся та вечность, которой тот так недавно хвалился, в одно мгновение отразилась на его лице.

С трудом сглотнув, чистильщик тихо проговорил:
- Ты должен понять меня, друг. Я не могу поступить иначе.

Проговорил и осекся, встретив яростный взгляд проектировщика.
- Друг? Ты называешь меня другом? Ты, собирающийся уничтожить лучшее мое творение?

- Ты сам говорил - это моя работа, - чистильщик не привык оправдываться и у него это вышло не умело.

- В бездну вечности работу, - такую ярость у друга чистильщик видел в первый раз. - Что это за работа, если уничтожается самое прекрасное, что только было создано нами?

- Твой мир действительно хорош. Я был уже там. Оперативная работа, сам понимаешь. И мне не хотелось уничтожать этот мир. Я даже подумывал оставить его в целости, если ты дашь обещание больше не создавать миры без лицензии от Конторы. Мало ли существует миров, которые мы не нашли или до которых не доходят руки? Одним больше, одним меньше. Да они и не особо мешают. Так, немножко захламляют пространство и время. И все. Но если ты пустишь туда людей, этот мир перестанет быть прекрасным. Он превратится в то же, во что превратился Главный проект. В клоаку. В эпицентр грязи, злобы, зависти.

Чистильщик замолчал. Он понимал, что сказал недостаточно, что нужны еще слова, доказательства, способные убедить его друга в своей правоте. Убедить в том, что проектировщик опять, в который уже раз, создал не то, к чему так стремился. Вскрыть старую рану. Никогда незаживающую рану. Чистильщик понимал, что нужны слова, которые могут как то утешить, и не находил таких слов. Не его профиль - утешать. Да и найдутся ли такие слова, которые могут утешить?

- Не уничтожай этот мир. Я прошу тебя. Я сделаю все возможное чтобы он процветал. Чтобы он был таким, как я его задумал, - голос проектировщика был слаб и тих. И в нем совершенно не слышалось надежды.

Казалось, что он сломался. Тот, который боролся и творил целую вечность, который пережил мириады своих детищ, мириады созданных им миров, который наблюдал гибель многих из них и которого вряд ли что могло поразить, сломался.

Чистильщик смотрел на друга и проклинал свою работу. Проклинал свое неумение создавать. Он завидовал проектировщику, своему другу, клерку среднего звена одного из многих функциональных отделов Конторы.

Молчание их длилось долго. Вечность. И еще столько же. И еще... Проектировщик все так же отрешенно смотрел в пустоту, а чистильщик все так же размышлял о друге, о себе, о своем месте в вечности, о смысле того, чему он посвятил себя.

Вечность не может состоять только из размышлений. Они когда-нибудь закончатся. И воплотятся. Если будет принято решение.

Чистильщик решение принял:
- Я не буду уничтожать этот мир сейчас. Но и ты не будешь вмешиваться в его развитие. Только так можно будет его сохранить. Иначе его найдут. Другие. Я не единственный чистильщик в Конторе. Если ты будешь посещать свой мир - это заметят. Этого просто нельзя будет не заметить. А твоим миром займусь я, помогу ему развиться на первых порах. Мотаться по мирам это моя работа. Никто ничего не заподозрит. А ты не лезь. Оставь этот мир людям. А мы когда-нибудь навестим их. Посмотрим во что они его превратят. Уничтожить этот мир мы всегда успеем.



Наши дни. Около полуночи. Столица. Главная площадь.

Девятка-паук с сожалением проводил взглядом Мастера меча, полезшего в драку младших уровней и одним своим появлением резко изменившим ход боя. "Жаль. Не удалось, - мелькнула мысль и тут же пропала. - Мы уже несколько часов торчим на этом месте и неизвестно сколько еще проторчим. Не думал я, что увиденное настолько его поразит."

Напарник паука все так же сидел не шелохнувшись, словно пытался уподобится высящемуся за его спиной монументу. "Сходство определенно есть", - заключил паук, переступил с ноги на ногу и вновь окинул взглядом площадь.

Продолжавшийся неподалеку бой подходил к своему концу. Стайка ждущих легкой наживы бойцов, всей толпой поспешивших вступить в битву на стороне седоусого ветерана, погоды уже не делала - на стороне противников остался только один участник, ушедший в глухую оборону и упорно затягивающий битву. Ничего интересного. Как и в других стычках на площади, все было предсказуемо до мелочей.

В это время окаменевший стыльщик приподнял голову и что-то пробормотал. Паук, обрадованный явными признаками жизни у напарника, прислушался.

- Неужели это я сотворил такое, - вновь прошептали губы сидящего воина.

Паук выпрямился, посмотрел по сторонам. Правая бровь у него слегка изогнулась, выражая недоумение, когда он увидел, что привлекший его внимание бой не только не закончился, а вступил в новую фазу. Теперь ветеран остался один - все зашедшие на его сторону прихвостни были убиты, а сам он сдерживал натиск трех Светлых девяток, одетых в критовые комплекты, и одной серой восьмерки в тяжелых осадных доспехах. Впрочем, Мастер меча держался очень уверенно и у него были бы все шансы на победу, если бы к месту битвы не стремились еще несколько бойцов старших уровней из союзных Светлым кланов.

Паук развернулся к напарнику:
- Может ты и сотворил этот мир, - он наклонился и поднял с земли свой шлем, - Может и я принял участие в его становлении. Но таким, каков он есть сейчас, его сделали эти люди. - Он вновь посмотрел в сторону битвы. Уже больше десятка бойцов девятого уровня и немерено восьмых, седьмых и более низших приняли сторону Светлых. Но и рядом с седоусым, продолжавшим мастерски размахивать своим клинком, плечом к плечу встало несколько таких же Темных ветеранов. Еще больше народу со всех концов площади стекалось к месту поединка. Рядовая драчка, давно уже переросшая в Великую битву, грозилась получить статус Кровавой резни.

- И знаешь, что я тебе хочу сказать, - паук надел шлем и опустил забрало, - мне нравится этот мир.
17.03.2006 08:33 - Avatar Dola